arcver (arcver) wrote,
arcver
arcver

ДВЕ СТАТЬИ ИЩЕНКО

ВАШИНГТОН УСИЛИТ ДАВЛЕНИЕ НА КИЕВ. РОСТИСЛАВ ИЩЕНКО

Прошло двое суток после визита в Киев помощника госсекретаря США по делам Европы и Евразии Виктории Нуланд. За это время украинские политики и СМИ успели впасть в истерику по поводу «ультиматума Нуланд», опровергнуть наличие ультиматума, подтвердить опровержение и опровергнуть подтверждение. В сухом остатке имеем поставленную помощником госсекретаря задачу: реализовать политическую часть минских соглашений уже в мае-июле. Остальное потом, как-нибудь, если получится.

Если датировать рекомендации Нуланд киевскому режиму серединой прошлого или даже позапрошлого года, то под ними можно было бы спокойно поставить подпись Путина или Лаврова. Это Россия изначально настаивала на федерализации, а после оформления Минска-2 на выполнении Киевом своих обязательств по изменению Конституции и принятию соответствующего избирательного законодательства. В те, совсем недавние, времена, Нуланд, глядя в пространство оловянными глазами, как заведённая повторяла, что США настаивают на том, что именно Россия должна реализовать Минск, восстановить территориальную целостность Украины и т.д., и т.п.

И вот теперь помощник госсекретаря продиктовала Киеву российскую позицию и потребовала её безусловной реализации. Что произошло?

Ещё в середине прошлого года я писал, что для США критическая фаза украинского кризиса наступает на год раньше, чем для России. В США президентские выборы пройдут в ноябре 2016 года. К этому времени проект должен быть либо успешно завершён, либо тихо свёрнут. Иначе республиканцы обязательно поставят это лыко в строку демократическому кандидату и шансы бабушки Клинтон победно въехать в Белый Дом (и так проблематичные) резко просядут.

В свою очередь, для России критическая фаза наступит в 2017 году, в преддверии президентских выборов 2018 года. На думских выборах текущего года депутаты будут отчитываться о результатах строительства дорог, детских площадок, больниц и школ, будут критиковать финансово-экономическую политику правительства и требовать от Центробанка больше кредитов, дешёвых и разных. Внешняя политика в целом и Донбасс с Украиной в частности станут предметом повышенного внимания общества именно в ходе президентской избирательной кампании. Ещё год Москва может не торопиться. Это у Вашингтона флажок на часах падает.

Активничавшие в первой половине 2015 года европейские союзники США (Франция и Германия) давно осознали свою неспособность преодолеть неадекватность киевских политиков. Последняя попытка была сделана в октябре, когда Порошенко вызывали на инструктаж в Париж. В результате Франсуа Олланд вообще «забыл» о существовании Украины. Ангела Меркель, будучи гораздо плотнее ангажирована в украинскую тематику, печально повторяет абстрактную фразу о необходимости реализации Минска, давным-давно не уточняя, кто прав, кто виноват и не вдаваясь в подробности плана и очередности шагов по его имплементации. Но в целом тоже старается избегать украинской тематики. Даже тема сирийских беженцев представляется ей более выигрышной.

США остались с киевским режимом один на один. Им больше не на кого перекладывать ответственность. В результате произошло чудо. Не сумевший ни стать полноправным участником минского процесса, ни разрушить его Вашингтон вынужден добиваться от Киева выполнения договорённостей, заключённых без Америки, вопреки американской воле и идущих вразрез с американскими планами.

Не думаю, что в США не понимают, что реализация Минска не поможет им спасти Украину. И не то чтобы в США сильно переживали по поводу развала Украины и сваливания данной территории в кровавый хаос всеобщей махновщины с нацистским привкусом. Вашингтону необходимо выиграть время до своих выборов. А потом новый президент, находясь в более устойчивой позиции, будет решать, что делать с этим проектом дальше.

Именно поэтому США настаивали на сохранении правительства Яценюка. Американцы не сомневались, что Гройсман или кто-то другой будет проводить проамериканскую политику и реализовывать «реформы» по плану МВФ не хуже, чем Яценюк. Правительство Яценюка обладало одним несомненным достоинством – оно балансировало внутриполитические расклады, оттягивая на себя народную ненависть. С его уходом Порошенко оказывался один на один с опасающимися его усиления олигархами и с ненавидящим его (уже его, а не Яценюка) народом.

О том, что Вашингтон абсолютно правильно оценивал ситуацию свидетельствует факт требования досрочных выборов Рады, выдвинутых не вошедшими в новую коалицию (БПП/НФ) партиями немедленно после отставки Яценюка и замены его на Гройсмана. Тогда же началась политическая и информационная атака на Порошенко. Причём активность нацистской (легальной) оппозиции Порошенко настолько серьёзна, а процессы развиваются так быстро, что у США есть все основания сомневаться, что ему удастся удержаться у власти до осени.

Единственный способ микшировать противоречия – пресловутая «децентрализация» (как в Киеве именуют федерализацию). Она передаёт значительную часть полномочий на места, резко снижает значение президентского поста и центральной власти в целом. США не обманываются – федерализация не только не поможет избежать развала Украины, но сделает его неизбежным. Однако в нынешней ситуации он и так неизбежен. Достоинство же федерализации/«децентрализации» состоит в том, что она позволяет несколько отсрочить неизбежное. Пока политики будут торговаться вокруг Конституции, пока финансово-политические группировки будут бороться за влияние в регионах и упрочивать своё положение в захваченных вотчинах, год как раз и закончится. А заодно и президентские выборы в США пройдут.

Ну а там уж развалится Украина в марте или в мае – не проблема Вашингтона. Это уже будет проблема России и её партнёров в ЕС, которым накануне собственных выборов придётся решать что делать с «европейским Сомали».

Поскольку же федерализация/«децентрализация» является одним из базовых пунктов Минска, не удивительно, что Вашингтон стал очень конструктивен. С одной стороны, «прозревшая» американская дипломатия идёт навстречу российским и европейским партнёрам, принуждая Порошенко к выполнению договорённостей. В обмен можно просить о хоть небольших, но уступках. С другой стороны, США решают свою важную тактическую проблему, регулируя сроки выхода украинского кризиса в активную фазу таким образом, чтобы он (кризис) ударил по Москве и Брюсселю, но не по Вашингтону. В общем, американцы пытаются занять позицию ростовщика из анекдота, после общения с которым у крестьянина «топора нет, рубля нет, ещё рубль должен и, главное, всё правильно».

Утешает то, что в силу неадекватности киевских политиков и состоявшегося перехода украинского кризиса в неуправляемую фазу реализация интересов США является крайне непростым делом. Во-первых, не для того Порошенко шёл в президенты и «так страдал», сражаясь с Яценюком, чтобы теперь отдать власть, а значит, и контроль над финансовыми потоками, региональным элитам. Во-вторых, против этого выступают и лидеры всех системных украинских политических сил. Они-то тоже выстраивали механизмы своего влияния, опираясь на центр и исходя из того, что победа в Киеве решает всё. И они не желают попадать в зависимость от руководителей местных и региональных организаций. В-третьих, федерализм на Украине официально приравняли к сепаратизму. Его пропаганда – уголовное преступление. Против федерализма нацистские добровольцы два года воюют и умирают в Донбассе. Резкий разворот будет воспринят как предательство, начало реализации Минска (пусть и по рекомендации Вашингтона) назовут капитуляцией перед Москвой. По целому ряду причин киевским властям проще продолжать самоубийственную политику и надеяться на чудо, чем начать конституционную реформу, без которой реализация политической части Минска невозможна.

Собственно поэтому на Украину и отправилась Нуланд. Киевский режим – полностью её проект. Это она спасала и вдохновляла майдан. Это она додавливала полностью дезориентированного и окончательно утратившего адекватность увальня Януковича, требуя от него переговоров с «общественностью», в упор не замечая нацистов на майдане и, одновременно, конфиденциально информируя его, в ходе переговоров, что на майдане полно боевого оружия (включая пулемёты) и что, в случае попытки разгона, оно начнёт стрелять. Наконец, это именно она полностью назначила весь первый состав украинской власти после переворота. И её ставленники руководили страной два года (до отставки Яценюка), да и сейчас не на последних позициях в Киеве находятся.

Она создала проблему – ей и решать. Справится – имеет шанс стать госсекретарём при президенте Клинтон (если бабушка к славе её не приревнует). Не справится – уйдёт в бизнес на заслуженный отдых.

А справиться будет сложно. Порошенко майданом не испугаешь. Майдан – дестабилизация, а это именно то, чего боятся США. Дворцовый переворот с убийством (по африканским сценариям) – выход неоднозначный. Новую власть необходимо будет легитимировать, а это крайне сложно. За пост президента тут же начнётся борьба группировок, что дополнительно дестабилизирует обстановку в стране. Способность же США влиять на ситуацию критически снизилась по сравнению с февралём-маем 2014 года. Не факт, что им удастся развернуть события не то что в нужном, даже просто в относительно безопасном для собственных интересов направлении.

Давить на Порошенко Нуланд будет. Но вот удастся ли его передавить в ситуации, когда ultima ratio не может быть использован? Или США, в отчаянии, решатся смести с украинской доски все фигуры в надежде на то, что наступивший хаос ударит по России сильнее, чем по ним?

Ростислав Ищенко

В том, что БУ обречена, спорить невозможно – общее место. В том, что у банкстеров, интересы которых представляет объединённый Запад, возникли большие проблемы на территории БУ из-за непредсказуемой политики Путина, тоже сомневаться не приходится. В том, что, при внешней покорности, укроЫлитка постоянно гадит хозяевам, ставя их перед неразрешимыми проблемами, согласен. Что касается предсказаний, то, не забывайте, главный игрок в Большой игре, по-прежнему Путин – я не берусь предсказывать его поведение. Если исходить из укрореалий, и всё большей наглости Полного Песца, вскачь события пойдут во второй половине лета, самое позднее – осенью.

ДЕВЯТЬ ТЕЗИСОВ О ВОЙНЕ, КОТОРУЮ МЫ ВЕДЕМ. РОСТИСЛАВ ИЩЕНКО

27-28 апреля 2016 года Министерство обороны Российской Федерации провело очередную международную конференцию по вопросам безопасности. Мне довелось принять участие в панели, посвящённой «цветным революциям».

Времени, отведённого основным докладчикам (5 минут), а тем более выступлениям в порядке дискуссии (1 минута), было явно недостаточно, чтобы представить более-менее цельную концепцию роли цветных переворотов в современной политике, а тем более их влияния на общую и конкретно — на военную безопасность отдельно взятого государства. Поэтому тезисно изложу свой взгляд на эту проблему. Тезисно, потому что на самом деле вопросу «цветных переворотов» и в целом гибридной войны можно посвятить многотомное исследование. И не факт, что тема будет полностью исчерпана.

Итак, первый тезис. Уже тот факт, что проблема заинтересовала военные ведомства (а в обсуждении приняли участие представители министерств обороны нескольких десятков государств), свидетельствует о том, что «цветные перевороты» оцениваются современными государствами не как внутренняя угроза (сфера интересов спецслужб и полиции), но как угроза внешняя. К тому же эта угроза имеет характер военной агрессии, отражение которой и является прерогативой вооружённых сил.

Второй тезис. Цветные перевороты, являясь элементом современной гибридной войны, стали актуальны не только потому, что прямое столкновение ядерных держав стало невозможным из-за гарантированного взаимного уничтожения. Различные сценарии ограниченной ядерной войны или военного столкновения великих держав с применением неядерного оружия рассматривались ранее, рассматриваются и сейчас. Если ядерное оружие находится в арсеналах, значит, возможен и военный конфликт с его использованием, и генеральные штабы обязаны иметь планы на случай такого конфликта.

Цветные перевороты стали ответом на политический позиционный тупик, возникший в результате сформировавшегося как на уровне цивилизованных наций, так и на уровне международного права взгляда на войну как на недопустимое средство решения политических проблем. В результате политические и моральные издержки государства, инициировавшего боевые действия, даже если абсолютный перевес в силах и средствах позволял одержать победу в кратчайшие сроки и почти без потерь, оказывались выше материальных и политических выгод от установления контроля над территорией противника. Блицкриг, не говоря уже о затяжной кампании, стал нерентабелен.

Третий тезис. Цветной переворот осуществляется не там, где сложились внутренние предпосылки для смены режима (классическая революционная ситуация), а там, где есть внешняя сила, заинтересованная в установлении своего фактического контроля над государством-жертвой.

Цветной переворот невозможен без внешнего вмешательства. Если в стране запускается механизм цветного переворота, значит, она подверглась агрессии.

Вопрос идентификации агрессора обычно не вызывает проблем. Однако в рамках современного международного права корректно доказать его агрессивные намерения (сколь бы очевидны они ни были) невозможно. Агрессор всегда будет объяснять даже своё открытое вмешательство во внутренние дела государства-жертвы гуманитарными соображениями, а также защитой прав человека.

Напомню, что, согласно Хельсинкским договорённостям (ещё в рамках СБСЕ, которые стали также нормами ОБСЕ и ООН), вопросы защиты прав человека не могут быть исключительно внутренним делом какого-либо государства.

Четвёртый тезис. Тем не менее, агрессору необходимо легитимировать свои действия перед мировым сообществом. Поэтому он, как правило, стремится получить мандат на прямое вмешательство от ООН или ОБСЕ, либо же, в крайнем случае, сформировать формальную международную коалицию из нескольких десятков государств, чтобы замаскировать агрессию под принуждение «антинародного режима» к соблюдению международных норм.

Пятый тезис. Это накладывает определённые ограничения на формат государства, способного использовать механизмы цветных переворотов. Государство-агрессор должно обладать не просто абсолютным военным превосходством над страной-жертвой (данный момент как раз не обязателен, хотя и желателен). Оно должно обладать необходимыми и достаточными политическими и дипломатическими возможностями для международно-правового обеспечения своего вмешательства.

Шестой тезис. Как любая война или военная операция, цветной переворот тщательно планируется и готовится. Причём в нескольких вариантах, в зависимости от уровня сопротивления государства-жертвы.

Идеальным является вариант капитуляции или предательства национальной элиты. Он наименее затратен во всех отношениях. При этом все ресурсы государства-жертвы, включая политическую систему и административную вертикаль, могут сразу же быть использованы агрессором в своих геополитических интересах.

В случае если национальная элита не идёт на безоговорочную капитуляцию, применяется метод «мирных уличных протестов». Строптивую элиту вынуждают передать власть более покладистым коллегам при помощи давления улицы, ставя её перед выбором: уйти добровольно или попытаться подавить протесты, рискуя появлением «случайных» жертв, которые дадут возможность назвать режим «кровавым и диктаторским», обвинить его в «полицейской жестокости» и заявить об утрате им фактической легитимности.

Если вариант мирного давления не проходит, он в течение нескольких недель или месяцев (в зависимости от ситуации и прочности режима страны-жертвы) сменяется вариантом вооруженного переворота. В этом случае режим должен выбирать уже между капитуляцией и неизбежными жертвами вооружённых столкновений, которые могут исчисляться десятками, и даже сотнями.

Одновременно с задействованием вариантов «мирного протеста» и вооружённого переворота государство-агрессор организует политическую и дипломатическую изоляцию режима-жертвы.

Если вооружённый переворот в столице не проходит или не достигает цели, задействуется вариант гражданской войны. В этом варианте государство-агрессор объявляет законную власть нелегитимной, признаёт «повстанцев» и начинает оказывать им политическую, дипломатическую, финансовую, материальную, а затем и военную помощь.

Наконец, если гражданская война заходит в тупик или повстанцы начинают терпеть поражение, возможно осуществление прямой агрессии (под гуманитарным предлогом). В мягком варианте она ограничивается установлением бесполётных зон и накачкой повстанцев вооружением (включая тяжёлое). В жёстком варианте осуществляется вторжение иностранных сухопутных сил, как правило, скрытное (замаскированное под «добровольцев» или осуществляемое силами специальных операций).

Тезис седьмой. Как видим, несмотря на формально мирный, технологичный и информационный характер цветного переворота, на деле его успешность гарантируется присутствием за спинами дипломатов и журналистов вооружённой силы, способной в случае необходимости подавить сопротивление национальной элиты, даже если она решится бороться до конца.

Задействование этого варианта мы видели в Ираке, Сербии, Ливии. Только в Сирии он пока дал сбой. Но здесь возник существенный новый момент. На вторую чашу весов (в поддержку законного правительства подвергшейся цветной агрессии страны) были брошены ресурсы, в том числе военные, второй сверхдержавы. Ситуация была переведена из режима цветного переворота в режим прямого военно-политического противостояния сверхдержав, характерного для времени корейской и вьетнамской войн.

То есть было ликвидировано необходимое для прохождения цветного переворота хотя бы в одном из вариантов условие абсолютного политического, дипломатического, экономического, финансового и военного перевеса государства-агрессора над страной-жертвой.

Отсюда вытекает восьмой тезис. Цветной переворот не может быть остановлен ни консолидацией элиты страны-жертвы (он просто перейдёт в следующую фазу), ни готовностью силовых структур выполнить свой долг (они рано или поздно будут истощены), ни эффективной работой национальных СМИ (они будут задавлены огромными технологическими возможностями агрессора).

Готовность государства-жертвы к сопротивлению агрессии является необходимым, но недостаточным условием для блокирования механизмов цветного переворота.

Остановить начавшуюся цветную агрессию может только поддержка властей страны-жертвы, со стороны второй сверхдержавы, способной на равных противостоять агрессору во всех аспектах противостояния, на всех площадках и с задействованием любых средств.

Таким образом, девятый тезис и вывод. Современные цветные перевороты являются отдельными операциями глобального противостояния сверхдержав. Так же корейская, вьетнамская и другие войны (50-х-90-х годов прошлого века) зачастую оказывались элементами столкновения СССР и США на чужой территории. Современные цветные перевороты, как один из видов гибридной войны, являются элементами столкновения России и США.

Это война. Новый вид войны. Не война как продолжение политики другими средствами (по Клаузевицу), а цветная технология как продолжение войны другими средствами.

Эту войну мы начали вести раньше, чем осознали, что находимся в состоянии войны. Как это часто с нами бывает, мы начали её с поражений 90-х годов, но очухались, научились воевать и, в последние два года сражаемся успешно.

Ростислав Ищенко

Остаётся поблагодарить (Бога или законы мироздания), за деградацию верхушки банкстеров. Не сумев осуществить переворот в Москве 12 года, они – по дурости – затеяли майдан в Майданеке. И сплотили при этом, просто нереально сильно,  россиян, заодно высветив, как мощным прожектором, всю русофобскую нечисть внутри страны. А если вспомнить серьёзные наезды Запада на собственность российской элиты, то их шансы разжечь Гражданскую войну в России сейчас как никогда малы. Не смотря на все проблемы в стране. Чем больше суетятся грантоеды, тем сильнее их презирают россияне. Но, перед неизбежным и скорым крахом Старого мира, банксетеры не успокоятся, не случайно в президентши пропихивается Бастинда. «Война продолжается, и отдыха нет на войне», - пардон, если переврал цитату.
Tags: война Запада против России, война на Украине
Subscribe

  • Будем жить

    Прежде, чем продолжить публикации дайджестов, хочу напомнить, что стиль подачи материалов и изложения выводов изменится. При том, что сами выводы по…

  • Шалтай-Болтай...-588

    Эксперты удивились внезапному росту урожайности зерна в РФ в августе Москва. 10 августа. INTERFAX.RU - Эксперты зернового рынка продолжают…

  • Кто хозяева САСШ?

    Трамп опроверг сообщения о желании добавить свой барельеф к мемориалу на горе Рашмор При этом он добавил, что "это звучит как хорошая…

promo arcver february 1, 2015 11:20 67
Buy for 10 tokens
К величайшему горю для меня, Толик умер 18.08.2020 года... Инсульт. Кровоизлияние в ствол головного мозга. То есть у него просто не было шансов... Оставляю его текст ниже без изменений. Пусть останется памятью о нём. А я по мере сил буду продолжать хотя бы эту часть его дела -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments