arcver (arcver) wrote,
arcver
arcver

Categories:

Фурсов А. Водораздел-2

ФУРСОВ А. ВОДОРАЗДЕЛ-1

3

В середине – второй половине 1970-х годов в среде верхушек Запада временно возобладал второй подход, сторонники первого сдали позиции. Во многом (хотя далеко не во всём) это стало следствием процессов в советском обществе, в его верхушке. Фактический отказ во второй половине 1960-х годов от рывка в будущее на основе научно-технического прогресса, угрожавшего позициям определённых сегментов номенклатуры как господствующей группы системного антикапитализма; борьба внутри советского руководства как на клановом, так и на ведомственно-кратическом уровне (упрощённо: сегменты КГБ и армия против сегментов КПСС); усиление прозападных («либеральных», «прорыночных») тенденций и групп в советском руководстве на фоне пробуксовки социалистических методов планирования и управления, с одной стороны, и появление в 1970-е годы слоя советских лавочников с исключительно рыночно-потребительской ориентацией (последняя – реакция на кризис официальных ценностей и официальной идеологии) – всё это привело к появлению в СССР групп и структур, заинтересованных в кардинальном изменении системы в (квази)капиталистическом направлении.

Произошло то, что ещё в 1930-е годы предсказывал Л. Троцкий и чего так опасался Сталин, фиксируя нарастание классовой борьбы по мере продвижения к социализму. Группы и структуры, о которых идёт речь, объективно выступали союзниками (подельниками) представителей именно второго подхода западной верхушки к СССР. Ну, а ряд ошибок советского руководства и случайностей, без которых, как писал Маркс, история имела бы мистический вид, вкупе с низким до убожества уровнем позднесоветского руководства (достаточно вспомнить Горбачёва, Рыжкова, Шеварднадзе, Крючкова) сработали именно на эти силы, окончательно похоронив надежды сторонников первого подхода. «Негодяи и подонки (а в СССР ещё и идиоты; идиотизация властвующей элиты США началась сразу после разрушения СССР) верхушек Запада и СССР, соединяйтесь!» – таким мог быть лозунг кластера, разваливавшего Систему и СССР в 1980-е годы и работавшего таким образом на продление жизни капитализма. В этом видна всё та же внеэкономическая моторика поздней фазы развития капсистемы.

Отодвинуть кризис благодаря разрушению и разграблению соцсистемы удалось лишь на два десятилетия. В 2008 г. он пришёл командорской поступью, показав, что динамика, обусловленная разграблением стран бывшего соцлагеря и усилением в связи с этим давления на лишившиеся защитника слаборазвитые страны, исчерпана. Помимо прочего, именно в связи с этим понадобилось российское четырёхлетие 2008–2012 гг., которое своими прожектами (нереализованными, к счастью, по разным причинам) должно было стать коррелятом обамовского срока, но – не сложилось, а потому не состоялось. В силу взаимоналожения нескольких обстоятельств, о которых здесь не место говорить, Россия даже в её разграбленно-раздолбанном состоянии оказалась, как и в 1920-е годы (но, повторю, по другим причинам), не по зубам Большой Системе «Капитализм» – умирающей, но от того не менее, а может, и более опасной.

4

Хронополоса 2008–2014 делит нисходящую фазу позднекапиталистического развития на эволюционную (при всех войнах и революциях) и революционную – в смысле терминальную, летальную, которая и будет финалом капитализма. Если исходить из того, что предыдущие эпохи истории капиталистической системы длились по 130 лет (плюс-минус десятилетие), то логично предположить, что терминальная стадия продлится ещё 30 лет, т.е. до середины XXI в. и что «выход» из системы станет зеркальным отражением «входа». На «входе» в капитализм – первая мировая война, а именно – Тридцатилетняя (1618–1648 гг.), которая принципиально отличается и от мировых войн ХХ в., и от предшествовавших им мировых Семилетней и Наполеоновских войн. То был растянутый с перерывами на 30 лет и разнесённый по всему европейскому пространству конфликт. По сути, в нём в военной форме родилось общество, главными субъектами которого были капитал и государство. Скорее всего, ближайшие 30 лет тоже будут военными, только война будет не мировой в смысле ХХ в., а всемирной, и театр военных действий, конечно же, не будет ограничен Европой. Собственно, эта война эпохи конца света, но не вообще, а конца света капитализма уже идёт: Ближний Восток (Сирия, Ирак), Европа (Восточная, т.е. русская Украина), Нигерия. Думаю, скоро заполыхает и в других местах: Центральная Азия, запад Китая. К тому же, конфликт мигрантов и западноевропейцев, который будет шириться, – разве это не война нового типа? Вход и выход в ту или иную систему, как правило, зеркальны, только вход – рубль, а выход – два. Или десять.

Таким образом, хронозона 2008-14, подводя черту под нисходящей фазой позднекапиталистической эпохи и переводя и эпоху, и фазу в терминальное состояние, оказывается зеркальной периоду 1962–1968 гг. – рубежу между двумя фазами внутри самой позднекапиталистической эпохи. Между 1962 и 2014 (1968–2004) годами уместилась жизнь целого поколения – как у нас, так и в мире в целом, включая Запад. Последнее пятидесятилетие – эпоха обманутых надежд, причём пиком взлёта этих надежд были именно 1960-е, время бешеного оптимизма, когда на Западе, казалось, реализуется капиталистическая мечта («американская мечта», «немецкое чудо» и т.п.), а в СССР вот-вот наступит если и не ефремовская Эра великого кольца или тем более Эра встретившихся рук (это виделось делом довольно далёкого коммунистического будущего), то нечто похожее на «мир Полдня» А. и Б. Стругацких. Не наступило: советский «дополдневый» (т.е. утренний) коммунизм, так и оставшийся в истории «утренником номенклатуры», разрушен, американская мечта украдена, плодами «немецкого чуда» в Германии пользуются те, кто в Третьем рейхе проходил бы в качестве унтерменшей и кто теперь сам смотрит на немцев как на унтерменшей, а на немок – как на готовое к сексуальному употреблению беззащитное белое мясо.

5

Что же произошло с миром за последние 50 лет? Как он сломался? Этот слом похож на слом 1875–1925 гг., который голландский историк Я. Ромейн назвал «водоразделом». Наш «водораздел» закончился в 2008-14 гг., и мир вступает в нечто необычное, но Карты Истории для диких игр или, если угодно, дикой охоты XXI в. были сданы в предшествующее этому пятидесятилетие. Карты сданы, фигуры или, если пользоваться терминологией игры го, «камни» - расставлены. Чтобы понять возможные варианты развития событий в финальное тридцатилетие капитализма и Запада как цивилизации (будем надеяться, что только их, но не земной цивилизации вообще, не Homosapiens и не биосферы), имеет смысл посмотреть, кто, как и какие карты сдавал, какие «камни» где, когда и как расставлял.

Это необходимо сделать ещё и по следующей причине. Как заметил когда-то социолог Б. Мур, «если людям будущего суждено когда-либо разорвать цепи настоящего, они должны будут понять те силы, которые выковали эти цепи». Цепи, в которые определённые силы попытаются заковать человечество в XXI в., – цепи невидимые и в чём-то даже приятно-наркотические – ковались давно, однако временем решающей ковки стали именно последние 50–60 лет. Именно здесь спрятан секрет кощеевой смерти нынешних хозяев Мировой игры.

Наконец, нынешняя ситуация – ситуация, когда одна эпоха, одна система уходит, почти ушла, а другая ещё не наступила, когда мир (и мы вместе с ним) переживаем межвременье, межсистемье, всегда грозящее провалом не то в Колодец Времени, не то в его «чёрную дыру», – предоставляет уникальную возможность вскрыть секреты прошлого, вычислить секреты будущего и, сведя их в пучок, понять на изломе настоящее. Вот как писала об этом во «Второй книге» Н. Мандельштам: «В период брожения и распада смысл недавнего прошлого неожиданно проясняется, потому что ещё нет равнодушия будущего, но уже рухнула аргументация вчерашнего дня, и ложь резко отличается от правды. Надо подводить итоги, когда эпоха, созревавшая в недрах прошлого и не имеющая будущего, полностью исчерпана, а новая ещё не началась. Этот момент почти всегда упускается, и люди идут в будущее, не осознав прошлого».

Мы не должны упустить этот момент, ещё именно и поэтому сегодня стоит внимательно взглянуть и на мир 1960–2010-х годов в целом, и на его основные региональные и культурно-исторические блоки:

- СССР/РФ, т.е. историческая Россия, как бы она ни называлась и в сколь бы мизерабельном состоянии она ни находилась;

- Англосфера;

- Германосфера;

- Романосфера (включая Ватикан);

- Восточная Европа;

- Арабский мир;

- Средний Восток и Центральная Азия («Иран и Туран»);

- Южная и Юго-Восточная Азия;

- Восточная Азия;

- Африка к югу от Сахары;

- Латинская Америка.

Речь идёт не о дотошно узкоспециализированном взгляде на мир и его составные части, а о том, что А. Азимов назвал «взгляд с высоты». Азимов писал о пользе смотреть на сад науки как бы с воздушного шара. Всё многообразие при этом исчезает, но есть, писал известный учёный и фантаст, «другие, особые преимущества: когда я смотрю на сад с высоты, время от времени… удаётся увидеть некую общую закономерность, как вдруг в каком-нибудь уголке я замечаю причудливые арабески – едва заметный фрагмент композиции, который, возможно, не был бы виден на земле». Думаю, это лучший способ обрести картину того мира, которому суждено исчезнуть в ближайшие 30 лет. Но чтобы он исчез так, как это нужно нам, русским, и чтобы нам не исчезнуть вместе с ним, нужна реальная картина мира – основа того, что К. Поланьи называл «зловещим интеллектуальным превосходством».

Те, кого А.Е. Едрихин-Вандам назвал нашими «всемирными завоевателями и нашими жизненными соперниками» – британцы и американцы – похоже, времени не теряют. В частности, англо-американские спецслужбы и исторические факультеты некоторых сильных университетов Англосферы уже приступили к подготовке историков нового профиля, по сути – к созданию новых профессий на стыке истории (школу истфаков Оксфорда, Кембриджа и Дарэма, кстати, вообще прошла большая часть британской правящей элиты) и разведывательно-аналитической деятельности. Во-первых, это профессия историка-системщика, специалиста по историческим системам, а следовательно, их взлому и уничтожению или наоборот – защите; нынешний всплеск интереса к имперской проблематике весьма не случаен. Во-вторых, это профессия «историк-расследователь» (investigative historian). Если системщик – это главным образом теоретик, то историк-расследователь работает на уровне эмпирических обобщений, анализируя совокупность косвенных свидетельств и активно прокачивая исторический процесс посредством анализа Больших Данных.

Ближайшие 30 лет, безусловно, станут чем-то вроде прыжка в темноту или, вспоминая знаменитую русскую сказку, в котёл с кипящей водой. И далеко не все выскочат оттуда добрыми молодцами под крики «Эко диво! … / Мы и слыхом не слыхали, / Чтобы льзя похорошеть!». Большей части «прыгунов» уготована, скорее всего, иная участь: «Бух в котёл – и там сварился…». Именно чтобы не свариться, чтобы знать температуру в котле, а ещё лучше – чтобы её регулировать, и нужно «зловещее интеллектуальное превосходство», в основе которого – реальная картина мира и собственной страны. Ну, и не грех воспользоваться новейшими наработками забугорных «системщиков» и «расследователей» – такие возможности имеются. Как там у К. Леонтьева о чехах: оружие, которое славяне отбили у немцев и против них же направили. Правильный ход, тем более когда речь идёт об обеспечении безопасности – государственной, психоисторической, цивилизационной.

6

Логично было бы начать с России, но мы уже много говорили на эту тему. Поэтому начнём с Англосферы, с её американской части, США. То есть с тех, кого у нас стыдливо называют «партнёрами», с тех, кто без стеснения называет нас «противником», «угрозой» и т.п. Ну, что же, не будем разочаровывать «партнёров», им в данном (но только в данном!) случае виднее. Как заметил д’Артаньян в разговоре с кардиналом Ришелье, последний столь могуществен, что одинаково почётно быть как его другом, так и врагом. Правда, нынешняя Америка уже далеко не так могущественна, как в 1950-60-е и даже как в 1990-е годы, когда Россия была крайне слаба, но принцип сохраняется, к тому же и РФ – далеко не СССР.

Итак, мы начинаем с Америки. Причём для нас в данном контексте важно, что пишут сами американцы (а также западноевропейцы и т.д.) о себе, важен их эмпирический материал. Право на обобщения и интерпретации мы оставляем за собой.

Имеет смысл взять десяток-полтора толковых книг и сквозь их призму (или с их высоты) взглянуть на американское общество последнего полувека. Хочу особо выделить несколько книг, которые, будучи серьёзными научными исследованиями или серьёзной неангажированной публицистикой, в то же время стали бестселлерами. Это «Идя порознь. Состояние белой Америки, 1960–2010 гг.» Ч. Марри (Murray Ch. Coming Apart. The State of White America, 1960–2010. N.Y., 2013); «Америка как Третий мир» А. Хаффингтона (Huffington A. Third World America. N.Y., 2011); «Америка тёмных веков. Последняя фаза империи» М. Бермана (Berman M. Dark Ages America: The Final Phase of Empire. N.Y., L., 2007); «Поколение социопатов. Как бэби-бумеры предали Америку» Б. Кэннон-Джибни (Cannon-Gibney B. A Generation of Sociopaths. How the Baby Boomers Betrayed America. N.Y., Boston, 2017); «Взлёт и падение американского роста. Американские жизненные стандарты со времён Гражданской войны» Р. Дж. Гордона (Gordon R.J. The Rise and Fall of America Growth: The U.S. Standard of Living since the Civil War. Princeton, 2016); бестселлер «Кто украл американскую мечтуХ. Смита (Smith H. Who Stole the American Dream? N.Y., 2012); «Печальная Америка. Подлинное лицо США» француза М. Флоке (Floquet M. Triste Amérique. Le vrai visage des États-Unis. P., 2016) – ясно, что Флоке обыгрывает название знаменитой книги социоантрополога К. Леви-Стросса «Печальные тропики», посвящённой Индии и Бразилии.

Итак, нас ждёт Америка – та самая, о которой «Наутилус Помпилиус» когда-то пропел незабываемое «Гуд бай, Америка, о, где я не буду никогда». «Не буду никогда», потому что той Америки, которую рисовало себе советское воображение, вообще никогда не было, а реально существовавшая в 1980-90-е годы Америка исчезла безвозвратно. Побывав в Америке в 2007 г. – после пятнадцатилетнего перерыва, - я чётко ощутил и осознал, что попал в другую страну, чем та, куда приезжал в 1993 г. (и тем более в 1990-м). Впрочем, и РФ 2007 г. – это совсем другой мир, чем РФ-1993. Тем интереснее взглянуть на метаморфозы и попытаться понять их причины. Черчилль не ошибался, говоря, как важно и интересно всё, что происходит в мире. Особенно если этот мир ковыляет последние дюймы перед финишной чертой и на наших глазах трещит, как пустой орех, а зловещие щелкунчики так и норовят разгрызть его до конца. Смотришь на них – и вспоминается фраза Лёвы Задова в блестящем исполнении актёра В. Белокурова из трёхсерийного фильма «Хождение по мукам»: «Спрячь зубы – вирву!». Одна из задач обеспечения государственной психоисторической безопасности – это вовремя рвать зубы волчарам, упреждая их классический ответ на вопрос, почему у них такие большие зубы.

Обращаю внимание читателей, что и Фурсов пишет об идиотизации элит САСШ (я обычно решаюсь на менее решительное определение «деградации») после развала СССР. К сожалению, в России без команды Путина положение ничуть не лучше, поэтому-то так важна его победа на предстоящих выборах. И да, тоже много раз писал, с элит деградация перекинулась на всю страну, во всех смыслах.

Tags: кризис, крушение мира, песец
Subscribe

promo arcver february 1, 2015 11:20 67
Buy for 10 tokens
К величайшему горю для меня, Толик умер 18.08.2020 года... Инсульт. Кровоизлияние в ствол головного мозга. То есть у него просто не было шансов... Оставляю его текст ниже без изменений. Пусть останется памятью о нём. А я по мере сил буду продолжать хотя бы эту часть его дела -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments