arcver (arcver) wrote,
arcver
arcver

КАТАСОНОВ ПРО МВФ-1

Катасонов - Страсти по МВФ

«ЗАВТРА». Валентин Юрьевич, получается следующая вещь: Бреттон-Вудс умер, а МВФ продолжил свою жизнь. Но не является ли крах Бреттон-Вудса – смертельной угрозой для Фонда?

Валентин КАТАСОНОВ. Отличие двух систем сводилось к двум ключевым моментам.

Во-первых, в старой системе деньги сохраняли свою   связь с золотом, а в новой системе эта связь полностью оборвалась, деньги из товара окончательно превратились в знаки (сначала бумажные, а позднее электронные).

Во-вторых, в старой системе устанавливались фиксированные обменные курсы валют, а в новой системе курсы валют стали плавающими. Ради того, чтобы поддерживать устойчивые (постоянные) курсы валют и был создан Международный валютный фонд. В любом учебнике можно прочитать: валютный курс денежной единицы напрямую зависит от состояния платежного баланса страны.

С этим трудно спорить. Действительно, если платежный баланс страны начинает сводиться с большим положительным сальдо, то курс валюты данной страны растет. Наоборот, если платежный баланс уходит в минус (становится дефицитным), то курс денежной единицы падает. Конечно, в рамках Бреттон-Вудской системы главная ответственность за стабильность платежного баланса и валютного курса денежной единицы должна была нести сама страна.

Например, при угрозе образования дефицита платежного баланса сокращая свой импорт и стимулируя экспорт товаров и услуг. Или компенсируя дефицит торгового баланса притоком иностранного капитала в виде прямых и портфельных инвестиций и внешних займов.

Так, вот МВФ в системе Бреттон-Вудса был «спасателем последней инстанции»: если страна исчерпывала свои внутренние возможности для выравнивания платежного баланса, а внешних инвесторов и кредиторов не находилось, тогда на сцену должен был выходить Международный валютный фонд. Он должен был предоставлять кредиты стране с дефицитным платежным балансом с целью поддержания валютного курса ее денежной единицы на заданном уровне. Одни словом, Фонд знал, чем ему заниматься, он чувствовал свою нужность.

Хотя, конечно, бывали случаи, когда даже помощь Фонда не помогала, отдельным странам по согласованию с Фондом приходилось проводить девальвации своих денежных единиц, т.е. в законодательном порядке понижать валютный и золотой паритет своих денег.

Но вот наступили «мутные» 1970-е годы, когда шел поиск новой модели валютных отношений в мире. Обсуждались разные варианты мирового финансового устройства, причем одни из них предусматривали сохранение и даже укрепление роли МВФ, а в других вариантах Фонду места не находилось.

Франция, например, настаивала на сохранении золотого стандарта. В ответ на возражения представителей казначейства США, что, мол, золота у него недостаточно для того, чтобы поддерживать конвертируемость доллара в металл, французские экономисты предлагали повысить официальную цену на золото. Например, с 35 долл. за тройскую унцию поднять ее сразу до 70 долл. Этот вариант позволял сохранять послевоенную архитектуру валютной системы, роль и место Фонда в ней оставались бы прежними.

«ЗАВТРА». Был ли иной вариант, который предусматривал заменить доллар США наднациональными деньгами?

Валентин КАТАСОНОВ. Был. Причем не какими-то абстрактными деньгами, а уже появившимися на свет Божий в начале 1970 года. Речь шла о специальных правах заимствования (СДР), или «бумажном золоте». Решение о выпуске этих безналичных наднациональных денег для кредитования стран-членов Фонда было принято советом директоров МВФ в 1979 году. Объем   эмиссии СДР был очень небольшим. Объем первых двух траншей СДР в 1970 году составил 21,4 млрд. единиц (при этом был установлен фиксированный курс 1 СДР = 1,34 долл. США).

Выпущенные наднациональные деньги были распределены между странами-членами Фонда пропорционально их квотам в капитале. Конечно, это была «капля в море». Но если бы организовать масштабную эмиссию СДР, то, конечно, кризис международной ликвидности, который возник еще в 1960-е годы, можно было бы быстро преодолеть. Очевидно, в этом случае роль Международного валютного фонда в мировой финансовой системе резко возрастала. Фактически он превратился бы в мировой Центральный банк.

Однако этот вариант на Ямайской валютной конференции, где принимались судьбоносные решения о будущем мировой финансовой системы, был заблокирован.

На упомянутой конференции были приняты поправки к Уставу МВФ, которые отменяли фиксированные курсы валют. А если так, то возникал большой вопрос о целесообразности дальнейшего существования Фонда.

Тяжелое десятилетие для Фонда.

Как известно, решение об отмене фиксированных валютных курсов было принято на Ямайской конференции в 1976 году. Прошло еще два года, пока, наконец, поправки к Уставу Фонда   были ратифицированы и ямайская валютная система начала свое официальное существование. Парадокс состоял в том, что документом, зафиксировавшем параметры новой валютной системы, стал Устав МВФ, а функции Фонда в новой редакции Устава не были прописаны внятно. Фактически Фонд оказался «пятым колесом в телеге», если под «телегой» понимать ямайскую валютную систему.

С 1978 года на МВФ можно было бы повесить амбарный замок, никто не почувствовал бы исчезновения этой международной финансовой организации. Но дядя Сэм, имевший контрольный пакет акций в этой организации, не хотел лишаться столь удобного инструмента влияния на мир. Фонд занялся мелкими делами и «делишками», чтобы хоть как-то   оправдать свое существование и пережить тяжелые времена.

Отметим одно из таких «делишек»: продажу золота, которое составляло часть капитала Фонда. Как известно, Ямайская конференция торжественно объявило о «демонетизации» золота, т.е. о том, что золото из денежного металла превращается в обычный биржевой товар. Это был клич центральным банкам разных стран и различным финансовым организациям: «Избавляйтесь от золота!» Кто-то должен был подать пример. И этот пример было поручено подать Международному валютному фонду, у которого на начало 1970-х гг. количество золота в резервах составляло 3,8 тыс. т.

На Ямайской конференции было принято решение о том, что Фонд в кратчайшие сроки избавится от 1/3 своего золота. Половину из этой трети он должен был вернуть странам-членам, а другую половину распродать на аукционах.   Первый золотой аукцион был проведен МВФ в том же 1976 году, на Ямайке (между прочим, еще за два года до того момента, когда поправки к Уставу МВФ были ратифицированы и вступили в силу). Там было продано 780 тыс. унций золота (24,3 т) по средней цене 126 долл. за унцию.

Наибольший интерес к золотым аукционам Фонда проявили: «Большая тройка» швейцарских банков, члены Лондонского рынка во главе с Ротшильдами, немецкие банковские гиганты («Дойче банк» и «Дрезднер банк»), мощные американские фирмы, прежде всего, компания Энгельгарда и др. МВФ до мая 1980 г. провел 45 золотых аукционов, где было продано 778 т золота. Заметными были колебания цен: самая низкая – 109 долл. за унцию (сентябрь 1976 г.), самая высокая – 712 долл. (февраль 1980 г.). Общая сумма выручки составила 57 млрд. долл.

В данном случае Фонд играл в первую очередь в интересах дяди Сэма: он должен был, во-первых, продемонстрировать всему миру, что золото - больше не деньги; во-вторых, сбить цены на металл на мировом рынке.

«ЗАВТРА». А в чем здесь хитрость?

Валентин КАТАСОНОВ. Хитрость здесь очень простая: несмотря на официальную демонетизацию золота, оно де-факто все-таки оставалось конкурентом доллара. Фонду было поручено принять активное   участие в борьбе с конкурентом той валюты, которая выходила с «печатного станка» ФРС.

И после вступления в силу поправок к Уставу МВФ Фонд продолжал выдавать кредиты странам-членам, но цели помощи стали размытыми. Фонд стал использовать высокопарную риторику, заявляя, что его кредиты предназначены для «содействия экономическому развитию», «решения долговых проблем», «стимулирования международной торговли и инвестиций» и т.п. В первые три десятилетия существования Фонда его деятельность не была столь политизированной, как во второй половине его жизни.

После краха Бреттон-Вудской системы Фонд стал гораздо более активно и беспардонно вмешиваться во внутренние дела государств, особенно экономически слаборазвитых. Кредиты стали предоставляться в обмен на так называемые «реформы». Фонд стал откровенным «ледоколом», прокладывающим путь идущим за ним «судам», на бортах которых красовались названия крупных и крупнейших транснациональных корпораций и банков. Во второй половине 1980-х гг. Фонд окончательно определил свою «экологическую нишу» в мировой финансовой системе.

«ЗАВТРА». Наверное, очень кстати для чиновников и главного акционера МВФ в начале 1980-х годов оказался международный долговой кризис?

Валентин КАТАСОНОВ. Несомненно. Эпицентром этого кризиса оказались страны Латинской Америки, которые на протяжении ряда получали достаточно недорогие кредиты западных банков, жиревших на нефтедолларах. В 1982 году сначала Мексика, а затем еще ряд стран оказались в долговой ловушке, не смогли платить по долгам, объявили дефолт. Вот тут-то мировые банкиры вспомнили о Фонде, который мог бы заниматься «наведением порядка» в странах-должниках.

В этой связи западный исследователь антиглобалистского толка Уильям Энгдаль пишет, что как только банкиры и их союзники в администрации США, такие как министр финансов Дональд Риган, достаточно запугали президента Рейгана последствиями ситуации, Белый Дом призвал тогдашнего Председателя ФРС США Пола Волкера, банки и МВФ реализовывать для каждой из стран-должников программу строгой "обусловленности кредитов обязательством проводить определённую экономическую политику.

Идея поместить МВФ с его строгой обусловленностью кредитов в центр переговорного процесса по возврату долгов была американской. По существу, она представляла собой практически точную копию того, что нью-йоркские банкиры проделали с Германией и остальной Европой после 1919 года по злополучному плану Дауэса и пытались проделать ещё раз позднее по плану Янга.

Условия предоставления кредитов МВФ и согласие страны подписать договор с МВФ были частью программы, разработанной официальным представителем США в МВФ Ирвином Фридманом, который позднее был вознагражден за свою работу высокой должностью в "Ситикорп". МВФ, как отмечалось ранее, первоначально был создан в 1944 году в Бреттон-Вудсе, чтобы стабилизировать валюту и торговые отношения индустриальных стран. И теперь фонд осваивал абсолютно новую задачу — стать долговым полицейским на службе у нью-йоркских банков».

«ЗАВТРА». Нам довольно часто приходится слышать это словосочетание – «Вашингтонский консенсус». Что это такое?

Валентин КАТАСОНОВ. В некоторых учебниках по экономике дается его определение как типа макроэкономической политики, который в конце XX века был рекомендован руководством МВФ и Всемирного банка к применению в странах, испытывающих финансовый и экономический кризис. Действительно, Вашингтонский консенсус теснейшим образом связан с Фондом. Это что-то наподобие «символа веры», отражающего суть экономического либерализма.

Как пишут учебники по экономике, Вашингтонский консенсус был сформулирован английским экономистом Джоном Уильямсоном в 1989 году как свод правил экономической политики для стран Латинской Америки. Думаю, что имя некоего Уильямсона используется лишь для отвода глаз, на самом деле правила формировались в недрах МВФ и Всемирного банка. Между прочим, консенсус называется Вашингтонским неслучайно: штаб-квартиры обеих международных финансовых организаций находятся в Вашингтоне.

«Вашингтонский консенсус» включает такие рекомендации, как:

1) максимальная бюджетная дисциплина (что на деле означает, резкое сокращение или даже полное прекращение государственного финансирования социальных программ);

2) проведение приватизации государственной собственности;

3) снижение налогов;

4) отмена ограничений на трансграничное движение капитала и валютные операции;

5) введение свободного валютного курса;

6) либерализация внешней торговли (прежде всего максимальное снижение таможенных пошлин);

7) отмена государственного регулирования экономики.

«Либерализация» по рецептам «Вашингтонского консенсуса» была в первую очередь необходима главным акционерам Федерального резерва, поскольку она создавала спрос на продукцию «печатного станка» ФРС. Хозяева ФРС по сравнению с другими ростовщиками и капиталистами имели два ключевых преимущества: а) опору на доллар США как мировую валюту; б) опору на военную мощь США, которая не шла ни в какое сравнение с военной мощью других стран.

В последующие два десятилетия «либерализация» проявилась в следующих основных аспектах:

во-первых, либерализация международных   рынков товаров и услуг в виде снятия «тормозов» с роста цен на товары и услуги и отменены тарифных и нетарифных   барьеров на пути международного движения товаров и услуг («либерализация международной торговли»);

во-вторых, либерализация международного движения капитала: снятие национальных валютных и иных ограничений и запретов на ввоз и вывоз капитала (а также инвестиционных доходов); также вовлечение в сферу инвестиционных операций   новых видов объектов; вовлечение в сферу инвестиционных операций большей части общества;

в-третьих, модернизация «традиционных» финансовых рынков таким образом, чтобы расширить   возможности проведения на них разного рода спекуляций; одна из главных таких подвижек - изменение подходов к стоимостной оценке и ценообразованию компаний, ценные бумаги которых обращаются на фондовых рынках;

в-четвертых, создание   новых финансовых «активов» и «инструментов», что привело к появлению в мировой финансовой системе (пирамиде) еще одного «этажа»;

в-пятых, создание новой категории товаров, называемых «нематериальные активы» (в результате «из воздуха» стали создавать не только деньги, но и товары);

в-шестых, фактическое поощрение незаконных операций на товарных и финансовых рынках («теневая экономика»).

«ЗАВТРА». К понятию «либерализация», составляющему суть Вашингтонского консенсуса, очень близко другое понятие – «глобализация»?

Валентин КАТАСОНОВ. Конечно. Термин «глобализация» активно стал использоваться с конца 1980-х гг. Его можно трактовать как осуществление «либерализации» в масштабах всего мира. З. Бжезинский, один дин из идеологов глобализации, не один раз откровенно говорил, что глобализация – сознательная политика США по продвижению американских интересов в мире. Все правильно, только с небольшими уточнениями.

Во-первых, конечно, «мотором» глобализации являются США, опирающиеся на потенциал доллара и военную мощь. Но именно «мотором», а сама политика глобализации разрабатывается мировыми ростовщиками.

Во-вторых, эта политика осуществляется не в интересах США (и уж тем более, - американского народа), а в интересах все тех же мировых ростовщиков. А США лишь «база», на территории которой находится «печатный станок» и вооруженные силы, контролируемые ростовщиками. Как бы там ни было, но Международный валютный фонд был одним из главных «локомотивов» процессов финансовой глобализации последних десятилетий.

Tags: Аналитика
Subscribe

promo arcver february 1, 2015 11:20 67
Buy for 10 tokens
К величайшему горю для меня, Толик умер 18.08.2020 года... Инсульт. Кровоизлияние в ствол головного мозга. То есть у него просто не было шансов... Оставляю его текст ниже без изменений. Пусть останется памятью о нём. А я по мере сил буду продолжать хотя бы эту часть его дела -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments