arcver (arcver) wrote,
arcver
arcver

МНИМОСТЬ ПОБЕДЫ ЛИБЕРАЛИЗМА

Неолиберализм и посткапитализм

Кто и почему спешит возвестить о крушении идей социального государства.
Вдобавок к этому в годы кризиса мировой экономики особенно усилился режим бюджетной экономии. Поэтому неолиберализм стал называть социальное государство очередной экономической утопией, предполагающей высокий уровень жизни всего населения страны, и за крахом этой утопии стоят объективные и глобальные процессы.

В рамках Московского экономического форума прошел круглый стол «Экономическая наука и социальное государство». Организовал его Институт социально-экономических проблем народонаселения Российской академии наук (ИСЭПН РАН, Москва) при участии Международного института Александра Богданова (Екатеринбург).

Вокруг идеи социального государства уже более века бытует множество мифов. Самый распространенный — социальные расходы это удавка на шее свободной экономики. (Хотя давно доказано: станут они для экономики грузом или импульсом зависит от того, как организована система социального обеспечения в стране.) Казалось бы, нынче ложный тезис о противоречии социальной справедливости и экономической эффективности и вовсе не должен подниматься. В экономике знаний этой альтернативе в принципе не место: если главная составляющая продукта — его наукоемкость, возникает вопрос о творце этой составляющей, а он не может родиться не в эгалитарном обществе. Только в рамках социального государства создается человеческий капитал со всеми его гранями (образованием, здоровьем и так далее), ставший сегодня основным ресурсом развития мировой экономики. Но отчего-то именно сейчас в магистральной неолиберальной мировой экономической мысли идут разговоры о крушении идей социального государства.

Обсудить актуальность этих проблем для нашей страны на мероприятии собрался широкий консилиум, включавший специалистов разных академических и практических областей. Присутствовали ученые, занимающиеся теоретическими исследованиями; отдельному рассмотрению подвергся вопрос подготовки молодых специалистов-экономистов — тех, кому на практике придется воплощать модели социальной политики в жизнь (подробнее см. «К реформе экономического образования», «Э-У» N 17 от 20.05.2015). К тому же на круглом столе был представлен блок воззрений, который можно условно назвать «промышленной политикой». В данном случае такая представительность особенно важна, так как в отечественной официальной риторике понимание социального государства часто редуцируется до социальной политики, а в пределе — и вовсе до социальной помощи сирым и убогим.

Дешевый ресурс

Тон беседе задал директор ИСПЭН Вячеслав Локосов. По его словам, споры о социальном государстве сейчас обостряются. При этом, приступая к ним, стоит помнить, что, во-первых, само понятие социального государства перенесено к нам с Запада, и ни к чему знакомому мы его привязать не можем. Во-вторых, цитирует Локосов статью Сергея Кара-Мурзы, оно относится к тому классу понятий, которые специально сделаны такими размытыми, чтобы ни за что твердое в них ухватиться было невозможно. Поэтому с одной стороны вопрос сравнительно изучен, функции и критерии социального государства давно известны, но с другой — проблематика его сущности до сих пор обсуждается.

К пересмотру идей социального государства ведет доминирование сегодня нео­либе­ральной парадигмы развития общества. Для описания складывающейся тенденции Локосов приводит слова профессора Парижской школы экономики Томаса Пикетти: если богатые богатеют в три раза быстрее, чем экономика, то это значит, что в их руках происходит концентрация национального богатства, которая в конечном итоге может достичь 100%, следовательно, среднему классу ничего не остается, кроме как исчезнуть. Кстати, данные по нашей стране полностью совпадают с этим высказыванием: в последние десять лет среднегодовой темп роста реальных доходов 10% самых обеспеченных россиян на 24% превышал темп роста в стране в целом.

Нынешний подрыв социального государства во многом связан с резким изменением положения человека на рынке труда. Объяснение на основе мир-системного анализа (методология американского социолога Эммануила Валлерстайна) предлагает Руслан Дзарасов, заведующий кафедрой политической экономии Российского экономического университета им. Плеханова:

— Почему сейчас в странах развитой демократии стали сворачиваться программы социального государства, очень эффективно зарекомендовавшие себя как основа капитализма в послевоенные десятилетия ХХ века? Один из серьезных факторов — это перенос трудозатратных индустриальных производств из стран развитого рыночного центра на глобальную периферию. В результате этого переноса произошло резкое расширение мирового рабочего класса (кстати, из-за этого взрывного расширения последних пятнадцати лет сегодня число рабочих впервые превышает число крестьян за всю мировую историю). А основной источник этого бурного роста коренится в том, что заработная плата рабочего на Ямайке вдвое, в Боливии и Индии — втрое, в Нигерии — вчетверо меньше, чем у американского коллеги. И результатом такого расширения глобального пула дешевого труда становится как раз возможность сдерживать трудовые доходы и уровень жизни рабочего и среднего класса в развитых капиталистических странах.

Вдобавок к этому в годы кризиса мировой экономики особенно усилился режим бюджетной экономии. Поэтому неолиберализм стал называть социальное государство очередной экономической утопией, предполагающей высокий уровень жизни всего населения страны, и за крахом этой утопии стоят объективные и глобальные процессы.

Количество и качество

— Торопливая упрощенность, с которой ныне говорят о конце социального государства, вызывает сомнение. Кроме неолиберальной модели существует другая парадигма, подразумевающая развитие общества, и согласно ей, социальное государство с первой половины ХХ века было и остается общепринятой целью и необходимостью современного этапа развития общества, — утверждает Вячеслав Локосов.

По ходу дискуссии сформулированы три подхода к объяснению этой необходимости. Первый связан с движением от производства к благополучию. До сих пор даже в научной среде очень силен сугубо количественный технологический подход. Вроде бы уже давно никто не спорит ни в академической, ни в чиновничьей среде, что в долгосрочной перспективе важнейшими являются неэкономические факторы социально-экономического развития. При этом на практике (как в научных исследованиях, так и в осуществлении государственной политики) у нас речь ведется только об экономическом росте. Хотя он не только не решает проблем социальных диспропорций, бедности, демографии и т.п., но может их усиливать.

Второй подход — благополучие зависит от субъективных способностей человека и объективных возможностей их реализации. Наличие таких возможностей — шкала свободы, которая присуща данному обществу. Именно поэтому благополучие нужно измерять с учетом социального неравенства и бедности: оценивать, какие возможности присущи разным стратам общества. И третий подход — качество населения является главным стратегическим ресурсом развития современного общества, его базовым критерием эффективности. То есть необходимое повышение уровня жизни и благосостояния в обществе — это только средство повышения общего качества населения.

— 90% наших уважаемых экономистов постоянно твердят только о росте производства, о конкурентоспособности, об экспорте и импортозамещении... Но нужно ли увеличивать каждый год объемы производства на вожделенные 3%, а может, при том же объеме производства и тех же затратах стоит стремиться получить продукт принципиально более высокого качества? — горячо поддерживает теоретиков коллега-практик Валентин Занин, действительный член Инженерной академии и Академии транспорта, прежде генеральный директор оборонного НПП «Сигнал». — Предположим, это технологии здравоохранения. Тогда получится, что ВВП останется на том же самом уровне, дополнительные ресурсы не затрачиваются, а людям становится лучше жить. Но такой подход при формировании экономической политики не рассматривается в принципе. А ведь это фундаментальный вопрос, упрощенно его можно сформулировать так: зачем нужно развивать все это производство, если людям не становится лучше жить. Лично я считаю, что все принимаемые решения в экономической и промышленной политике нужно соотносить с полезностью для человека и благополучием нации. Я согласен, что понятие социального государства очень размытое, и что для его уточнения необходимы критерии. Не берусь формулировать их все, но самым первым пунктом здесь должен стать критерий, основанный на охранительной деятельности государства. Что должно охранять социальное государство? Во-первых, территорию, во-вторых, национальные ресурсы. Более того, я уверен, что на конституционном уровне должно быть зафиксировано, что государство должно приумножать ресурсы, которые производит население, и уж точно не допускать, чтобы количество этого ресурса уменьшалось. Это необходимое (хотя и не достаточное) условие для повышения благополучия жизни в таком государстве.

Пертурбирующее воздействие

Нетривиальный философский взгляд на вопросы социального государства обрисовал директор института Богданова Валериан Попков: «Отправная точка для моих тезисов — работа Николая Кондратьева "Основные проблемы экономической статики и динамики". Она была написана Кондратьевым в тюрьме перед расстрелом и наполнена глубочайшим философско-общественным смыслом. Я же взял лишь ничтожную часть наследия Кондратьева, на ее основе попытался изложить свое понимание социальной экономики, и как она может быть встроена в экономико-философскую систему Кондратьева».

— Должны ли мы при исследовании социального хозяйства рассматривать его только как сущее, только под углом зрения категории sein? Или же мы можем, не выходя за пределы науки, рассматривать его также с точки зрения категории должного (sollen), — цитирует профессор Попков книгу Кондратьева.

Это очень серьезный философский вопрос, именно о него мы сейчас ломаем копья, соглашаются собравшиеся: все имеют абсолютно разное предоставление о том, каким должно быть должное. При этом у нас совсем мало людей, которые представляют себе, как перейти к должному от сущего.

Мысленное восхождение к идее социального государства Валериан Попков демонстрирует на кондратьевской теории концентров. Первый концентр Кондратьева, самый простой, очевидный и узкий, — это классический пример поведения рынка, то, что является альфой и омегой сегодняшней экономической теории. Это категории цены, прибыли, спроса и предложения. Кондратьев говорит, что это простейшие вещи. Второй концентр связан с реальным производством, с созданием новых ценностей. Если первый концентр — это денежная часть, то второй — это уже материальные потоки. Производство потребительских и капитальных благ — это гораздо сложнее, чем простой рынок. Третий концентр, самый сложный, который чрезвычайно сложно поддается формализации и математизации, — это хозяйственная жизнь, которая опирается на социокультурный слой, на желания, воззрения, ценности человека. Кондратьев пишет, что динамические факторы третьего концентра оказывают «пертурбирующее воздействие» на элементы двух первых концентрических кругов, способствуя нарушению равновесия и побуждая стабилизирующие силы восстанавливать равновесие на новом, более высоком уровне. «Этот концентр некоторыми теоретиками вообще выводится из поля рассмотрения как неэкономический. Но лично я считаю, что именно он и является базой для всей экономики государства, — подчеркивает Валериан Попков. — Именно в этом поле развертывается влияние социального государства».

Сcылка >>

Tags: Аналитика
Subscribe

promo arcver february 1, 2015 11:20 67
Buy for 10 tokens
К величайшему горю для меня, Толик умер 18.08.2020 года... Инсульт. Кровоизлияние в ствол головного мозга. То есть у него просто не было шансов... Оставляю его текст ниже без изменений. Пусть останется памятью о нём. А я по мере сил буду продолжать хотя бы эту часть его дела -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments