arcver (arcver) wrote,
arcver
arcver

НА ФРОНТАХ ТРЕТЬЕЙ МИРОВОЙ-11

Ростислав Ищенко: на полях Сирии происходит смена глобального лидера

На вопросы корреспондента ответил Ростислав Ищенко, президент Центра системного анализа и прогнозирования.

– Россия впервые в новейшей истории проводит военную операцию вне условной сферы своего влияния — постсоветского пространства. Причем проводит ее в таком сложном регионе, как Ближний Восток. Насколько оправданно затрачивать там немалые материальные и человеческие ресурсы, когда внутренняя ситуация в стране совсем не проста?

– Внутренняя ситуация ни у кого никогда не бывает простой, но государство, прекращающее «тратить ресурсы» на активную внешнюю политику и защиту своих интересов и союзников по всему миру очень быстро обнаруживает себя в ряду третьестепенных держав, чьими ресурсами распоряжаются другие, не такие «экономные» в плане внешней политики страны.

– Открытое включение России в войну в Сирии качественно меняет геополитическую ситуацию в регионе. Какие геополитические риски вы видите?

– Поскольку в Сирии, как и в других конфликтных регионах, на деле идет противостояние России и США (даже, если оно и выглядит, как борьба с местными бандитствующими радикалами), все геополитические риски наступили уже давно – лет пятнадцать назад (когда Вашингтон, собственно, и начал вторгаться в сферу российских жизненных интересов). Так что сейчас речь может идти лишь о минимизации геополитических рисков, поскольку сам факт начала российской армией сирийской кампании свидетельствует о значительном росте политического, дипломатического, военного потенциала Москвы и устойчивости российской финансово-экономической системы. А значит, баланс сил за полтора десятилетия изменился не в лучшую для США сторону. Если же иметь в виду динамику процесса (в последнюю пятилетку укрепление России шло нарастающим темпом, на фоне ослабления США), то можно и вовсе смело утверждать, что на полях Сирии происходит смена глобального лидера.

– "Сирийская история" замещает собой «украинскую историю»? Или же они  будут дополнять друг друга? Может быть, действия России в Сирии как-то помогут снять напряжение между Россией и Западом по Украине?

– Не замещает. Это один и тот же процесс – камешки одной и той же глобальной военно-политической мозаики.

Что касается напряжения, то здесь нельзя говорить о взаимоотношениях с «коллективным Западом». В отношениях с США не поможет ничего, кроме полной и окончательной победы. Только признание Белым домом своей неспособности противостоять России (как Германия в ноябре 1918 года признала невозможность дальнейшего сопротивления Антанте) может изменить формат отношений.

А что касается ЕС, то там ситуация не так драматична. Франция с Германией больше не поддерживают Украину безоглядно, а на последней встрече «нормандской четверки» в Париже их позицию и вовсе можно охарактеризовать как пророссийскую (они приняли путинскую, а не порошенковскую трактовку минских соглашений). Так что здесь и без Сирии отношения не безнадежны, хоть до идеала (создания оси Берлин – Москва – Пекин) пока далеко.

– Полеты российской авиации вблизи сирийско-турецкой границы неожиданно (а, быть может, для кого-то ожиданно) осложнили отношения России с Турцией. Причем многие считают эти полеты лишь поводом, главные разногласия между Россией и Турцией касаются Башара Асада. Насколько реальна угроза Турции по вмешательству в ситуацию НАТО?

– Это обычное явление в такой ситуации. Ничего трагичного. И никакого вмешательства НАТО никуда не будет.

– Главы МИД стран-членов Евросоюза призвали Россию прекратить авиаудары «по умеренной оппозиции в Сирии». В ответ Москва попросила членов возглавляемой США международной коалиции, «сообщать в каких районах Сирии работает нетеррористическая оппозиция, так называемая «патриотическая оппозиция». А есть ли у вас понимание, что такое «патриотическая оппозиция»? Что, на ваш взгляд, эта оппозиция сейчас должна делать? И действительно ли возможно ее включить в процесс урегулирования в Сирии?

–  «Патриотическая оппозиция» – это то, что в Сирии еще предстоит найти. Нам желательно создание, по итогам операции по уничтожению исламистов, чего-то вроде «правительства народного доверия», в котором действующий режим был бы дополнен какими-то оппозиционерами, которые согласились бы решать все внутренние вопросы мирным путем, на всенародных выборах, заявили бы о поддержке правительства Асада и Сирийской арабской армии в борьбе с исламскими террористами. Таким образом они дали бы возможность продемонстрировать всему миру единение здоровых сил сирийского общества, независимо от их политических взглядов.

При этом, по итогам войны, я уверен, Асад, скорее всего, был бы переизбран на новый срок на любых (самых прозрачных и демократичных) выборах (если бы только он сам не захотел уйти, что вряд ли), а Россия получила бы в Сирии надежное и определяющее влияние.

В подтверждение утверждений Ищенко:

New York Times призывает забыть о предрассудках и помочь Путину в Сирии

Когда Россия начала действовать в Сирии, американские политики лишь мечтали о падении Асада, молились об усилении умеренной оппозиции и назвали Россию «незваным гостем» в регионе. На самом деле совместные действия Москвы и Вашингтона – самый верный путь к выходу из ситуации, убеждены авторы New York Times. Они советуют американским политикам перестать негодовать и браться за дело.

Много лет американская политика в Сирии строилась «на мечте и молитве»: мечте об уходе президента Башара Асада и молитве о большей роли умеренной сирийской оппозиции. Как отмечают на страницах New York Times профессор Американского университета (Вашингтон) Гордон Адамс и преподаватель Гарварда Стивен Уолт, после вступления России в «игру» американские власти и эксперты начали лишь сильнее мечтать и молиться, обвиняя при этом Россию во вмешательстве в то, что ее не касается.

Американцам и европейцам могут и не нравиться действия Владимира Путина в Крыму и на Украине. Но «вмешательство Москвы в происходящее в Сирии может стать первым лучиком надежды на окончание происходящего там кошмара». Авторы утверждают, что «господин Путин прав в том, что лишь устойчивая власть и безопасность позволят сирийским беженцам вернуться домой».

США, советуют ученые, нужно добиться не «решающей победы», а окончания войны – менее «драматичным» способом и через менее «удовлетворительную» договоренность. В Сирии у Вашингтона должны быть две цели: добиться порядка в тех частях страны, которые не находятся под властью «Исламского государства», и создать коалицию, которая сдерживала бы эту террористическую группировку и в конечном итоге заменила бы ее. «Так называемое вторжение России дает шанс добиться и того, и другого». Для этого нужно «отбросить американские предрассудки и разгоряченную политическую риторику».

Россия в Сирии – не «незваный гость»: она участвует в делах региона уже много десятков лет, напоминают авторы New York Times. Асад – «протеже» России, а в Сирии находится ее военная база. Сейчас обе державы – Москва и Вашингтон – хотят региональной стабильности, при этом агрессивные джихадисты представляют большую угрозу для России, чем для США: от рук террористов уже погибло множество россиян, а тысячи выходцев из России сейчас собрались в «Исламском государстве» (ИГ), но когда-нибудь собираются вернуться домой.

При этом у России в Сирии есть рычаги влияния, которых у США нет, указывают Гордон Адамс и Стивен Уолт. Это и военное присутствие в самой стране, и связь со «слабым, но действующим режимом в Дамаске», рабочие связи с правительствами Ирана и Ирака и еще соглашение об обмене разведданными с ними. У Вашингтона – сотни самолетов, тысячи солдат и крепкие связи с курдами, но отношения с Ираном слабы, с правительством Ирака – неустойчивы, а разведданных по Сирии очень мало. А программа военной подготовки умеренной сирийской оппозиции была свернута из-за ее «полного провала», констатируют обозреватели.

Более широкая региональная коалиция может стать мощным инструментом против ИГ. Американские чиновники должны признать эту действительность и воспользоваться имеющимися возможностями для продвижения гуманитарных и антиэкстремистских целей, сказано в статье New York Times. Впрочем, «Россия тоже должна взглянуть в лицо реальности»: Путин должен признать, что Асад не может оставаться у власти бесконечно и что его режим должен «измениться». Альтернатива этому – хаос и возможность для ИГ расширить свою активность, а также конец любому влиянию секты алавитов. «Огрызок в виде прибрежного государства с Асадом во главе» вряд ли избавит Россию от угрозы ИГ, считают авторы.

Россия может «растратить силы», как США в Ираке и обе страны – в Афганистане, если Путин решит, что одна только военная сила извне приведет к поражению ИГ. «Американские ястребы, такие как сенаторы Джон Маккейн и Линдси Грэм, делают ту же ошибку. Они забывают, что противостояние военным интервенциям – важнейший элемент при вербовке со стороны экстремистов». А значит, «Америка и Россия должны признать, что они, будучи посторонними, не смогут противостоять, сдержать и уничтожить“Исламское государство” в одиночку. Это сможет только региональная коалиция».

Вашингтон и Москва могли бы вместе пустить в ход свои связи с региональными игроками, у которых есть как ресурсы, так и возможность действовать, – речь о Турции, Саудовской Аравии, Иране, Ираке, странах Персидского залива и курдах. В любой коалиции не может не быть внутренних трений, но «совместное российское и американское давление может помочь убедить все партии сосредоточиться сегодня на“Исламском государстве” и оставить другие заботы на потом».

Конечно, главная цель России сегодня – укрепить позиции Асада через нападение на антирежимные силы, а «Исламское государство» оставить другим. «Но такие группы, как "Фронт ан-Нусра" – филиал "Аль-Каиды" в Сирии – тоже не друзья Америке; к тому же есть потенциал для эффективного раздела труда». Благодаря координации усилий Россия не будет целиться в группы, которые поддерживают США, что предотвратит опасные инциденты в «тумане войны», уверены ученые.

Возможно, общие усилия России и США не принесут результатов. Но с тем, что их интересы в Сирии пересекаются, авторы статьи связывают больше всего надежд на урегулирование конфликта. Как советуют авторы New York Times, «американские чиновники должны прекратить стучать кулаком по столу из-за российского вторжения, осознать, что холодную войну мы уже проходили, и взяться за дело государственного управления».

Нью-Йорк таймс явно занимает антиклинтоновскую позицию и нацелена на сотрудничество с Россией. Взбесившаяся Клинтониха (и группировка банкстеров за её спиной) жаждет полной победы и только победы, поражение по очкам, уступка части позиций её не устраивает. Многое зависит от победителя в гонке за президентский пост.

Путин разобьет ИГИЛ

("Dagens Industri", Швеция)
Вера Эфрон (Vera Efron)

То, что Россия начала воздушные бомбардировки в Сирии, для обычного человека может показаться поспешным. Однако Владимир Путин ничего не делает поспешно. Россия в течение нескольких лет готовила, вооружала и тренировала свои вооруженные силы, чтобы иметь возможность быстро выступить в конфликтном регионе в географической близости от себя. Чтобы воспользоваться шансом, когда он появится, и шаг за шагом отвоевывать свое великодержавное положение в мировой политике.
Операция в Сирии — не исключение. Прежде чем начались авиабомбардировки, вся военная операция была заранее спланирована и согласована с другими странами в регионе, включая Иран, Ирак и Израиль. Тот факт, что России удалось создать координационный центр сбора оперативной информации и планирования операции с настолько разноплановыми партнерами, явно свидетельствует о скрупулезной и длительной подготовке.


Для серьезной борьбы с ИГИЛ воздушных бомбардировок недостаточно. Несмотря на то что США, Франция и Великобритания бомбили ИГИЛ больше года, это не оказало какого-то серьезного сдерживающего эффекта на наступление данной террористической организации. Для обеспечения успеха нужны сухопутные войска, прежде всего специального и элитного назначения, например, российский спецназ или шведский парашютный десант. У России имеется такой опыт, приобретенный дорогой ценой участия в войнах в Афганистане и Чечне.
Поэтому для того, чтобы противодействовать ИГИЛ всерьез, необходимо задействовать нынешнюю сирийскую армию (и, тем самым, президента Сирии Башара Асада) и, желательно, наземные части соседних государств. Таким образом можно предотвратить распространение ИГИЛ на близлежащие страны, чреватое дополнительным укреплением организации через несколько лет.
При этом для истребления ИГИЛ естественно начинать с авиабомбардировок в поддержку Асада. Такие бомбардировки вполне логичны и с военно-стратегической точки зрения: было бы неуместным начинать борьбу с ИГИЛ без обеспечения «коридора» между территориями, находящимися под контролем правительственных сил и «Исламского государства» соответственно.
Без создания такого «коридора» ввести на территорию ИГИЛ сухопутные войска вместе с сирийской армией нельзя. То, что этот «коридор» проходит через различные оппозиционные группировки, Путина не тревожит. В России считают, что многие из этих группировок принадлежат ответвлениям «Аль-Каиды».
На первый взгляд это трудно переварить. К сожалению, война в Сирии — очень необычная кровавая гражданская война без видимых простых решений. Тем не менее я уверена, что у России и вправду получится победить ИГИЛ. Она научилась на своих ошибках и адаптировала стратегию, вооружение, спецназ и дипломатию к тому, чтобы решать проблему в нескольких измерениях.
Неслучайно русские получают помощь от стран-соседей Сирии в форме разведывательной информации, моральной и военной поддержки. Более того, я думаю, что Путин введет в Сирию российские сухопутные войска, если и когда это потребуется. Безусловно, он уже заручился поддержкой в этом вопросе в российском Совете безопасности.
Можно опасаться, что отстранение в нынешней ситуации правительства Асада, чего требуют США и Западная Европа, приведет к усугублению царящего хаоса. Это следовало бы усвоить из приобретенных дорогой ценой уроков по следам войны в Ираке, когда был свергнут Саддам Хусейн. То же самое повторилось в Ливии. Устранять режим насильственными мерами из-за рубежа — контрпродуктивно. В природе человека сопротивляться, когда условия диктуют посторонние.
Вероятно, Асада все же вынудят уйти после того, как война в Сирии уже завершится. Президент, которому не удалось предотвратить гражданскую войну, не сможет усидеть у власти. Народ потерял к нему доверие, и его дни, тем самым, сочтены. Таким образом, нет никакого повода ускорять естественный процесс, управлять которым должен сам сирийский народ.
Что от этого выиграет Россия и Путин? Включаться в кровавую сирийскую гражданскую войну, несмотря ни на что, — очень рискованная акция. Ответ лежит на поверхности: он предстанет самым искусным политиком мира, который смог победить самую страшную в мире террористическую организацию, чего Бараку Обаме пока сделать не удалось.
Владимир Путин вернет Россию на те позиции в мировой политике, которые страна занимала раньше, и благодаря этому сумеет обрести уважение окружающего мира и своего собственного народа.
В мире представлений Путина нет места для неудачи в военной операции в Сирии. Необходимо также помнить, что он до сих пор не проиграл ни одной битвы и ни одной войны — ни у себя в стране, ни в соседних странах.
Примет ли Европа российские действия, для Путина не так уж и важно. Он уже принял решение и будет играть свою игру до победного конца. Верно он действует или нет, не мне решать. В одном я, однако, полностью уверена: бороться с человеческими страданиями, которые заставляют людей бежать из собственной страны, — правильно. Как беженка из СССР, я имею право это утверждать.
Вера Эфрон, писательница и издательница.

Оригинал публикации: Debatt: Putin kommer att slå ut IS
Читать далее: http://inosmi.ru/world/20151014/230803963.html#ixzz3oXK3rDrb
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook

Швеция входит в число самых русофобских стран мира и появление такой статьи, пусть в слишком влиятельном издании – положительный факт.

Tags: вельт-политик, война с западом
Subscribe

promo arcver february 1, 2015 11:20 67
Buy for 10 tokens
К величайшему горю для меня, Толик умер 18.08.2020 года... Инсульт. Кровоизлияние в ствол головного мозга. То есть у него просто не было шансов... Оставляю его текст ниже без изменений. Пусть останется памятью о нём. А я по мере сил буду продолжать хотя бы эту часть его дела -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments