arcver (arcver) wrote,
arcver
arcver

Какой будет четвертая мировая война

Оригинал взят у mikle1 в Какой будет четвертая мировая война

Andrew Bacevich пишет в http://inosmi.ru/images/20717/92/207179233.gif

   "...При описании практических сложностей войн разных «версиий» Коэн уже не так откровенен и красноречив (начало - ИГИЛ и безумие четвертой мировой войны). С его точки зрения этот экзистенциальный вооруженный конфликт четвертого поколения в рамках одного столетия развивается в неверном направлении. Но что еще — кроме большей решительности, непримиримости, озлобленности и кровожадности — потребуется для того, чтобы повернуть такую войну в «правильное русло»?
http://inosmi.ru/images/23469/17/234691761.jpg
В качестве мысленного эксперимента попробуем ответить на этот вопрос, относясь к нему со всей серьезностью, которой, по мнению Коэна, эта тема вполне заслуживает. После терактов 11 сентября некоторые представители американских властей начали угрожать тем, что больше не будут церемониться и проявят решительность и твердость. Однако на деле (если не считать такого существенного момента, как политика, допускавшая применение пыток и заключение в тюрьму без соблюдения предусмотренных законом процедур), ничего не изменилось, и никакой решительности и твердости не прибавилось. Но если воспринимать концепцию Коэна о четвертой мировой войне всерьез, то тогда все должно будет измениться.

Во-первых, страну необходимо будет привести в боевую готовность — ввести что-то вроде военного положения, чтобы Вашингтон мог набирать гораздо больше военнослужащих и тратить гораздо больше денег на протяжении всей затяжной войны. Вновь начнут употреблять слово «мобилизация», давно уже изъятое из народного лексикона. Как-никак, для ведения войны четвертого поколения потребуется готовность, чувство долга и самоотверженность не одного поколения людей.

Кроме того, если, как подчеркивает Коэн, для победы в четвертой мировой войне необходимо разгромить врага, то, скорее всего, такой же важной задачей будет сделать это таким образом, чтобы враг этот уже не смог оправиться от поражения. И с учетом этого требования армии США уже нельзя будет просто так закончить какие-то боевые действия даже — или особенно — если кажется, что победа уже обеспечена.

В настоящий момент победа над «Исламским государством» считается для Вашингтона первоочередной задачей. Учитывая, что Пентагон уже заявляет, что потери среди боевиков ИГИЛ составляют 20 тысяч человек, а заметных результатов пока нет, то в ближайшее время эта война не закончится. Но даже если предположить, что, в конце концов, положительные результаты будут достигнуты, по-прежнему надо будет решать такие задачи как обеспечение порядка и стабильности на территориях, которые сейчас контролирует ИГИЛ. Более того, это надо будет делать до тех пор, пока не будут исключены условия, благоприятствующие возникновению и укреплению организаций вроде ИГИЛ. Не надейтесь, что президент Франции Франсуа Олланд или премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон согласятся на такую неблагодарную работу. Все это будут делать американские военные. Упаковать вещи и покинуть место событий не получится — такой вариант будет полностью исключен.

Сколько времени придется этим войскам там оставаться? Судя по тому, как все происходило во время недавних миссий США в Ираке и Афганистане, вполне возможно, что срок их пребывания составит порядка четверти века. Поэтому если вдруг 45-й президент США решит для борьбы против ИГИЛ ввести сухопутные войска — что вполне может произойти — то почетная миссия встречать возвращающиеся на родину войска может выпасть 48-му или 49-му хозяину Белого дома.

А пока американским войскам придется иметь дело с всякими и разными «группировками идейно близкими» ИГ, которые уже, подобно ползучим сорнякам, лезут на поверхность то в одной стране, то в другой. И в списках стран, в которых потребуется военное вмешательство США, на первом месте будет Афганистан (все еще или опять?). Но в числе возможных объектов нашего внимания будут и другие страны-рассадники исламистского терроризма — Ливан, Ливия, Палестина, Сомали и Йемен. А с ними и некоторые западноафриканские страны, в которых в последнее время все чаще и возникают беспорядки. И пока силы безопасности Египта, Пакистана и Саудовской Аравии не продемонстрируют способность (не говоря уже о готовности) подавлять крайних радикалов у себя в стране, вполне возможно, что, по крайней мере, одна из этих стран также станет ареной масштабных боевых действий с участием войск США.

Другими словами, чтобы вести четвертую мировую войну результативно, Пентагону необходимо будет разработать план для каждой из этих ситуаций и при этом освоить технические средства и объекты, необходимые для реализации этих планов. Союзники могут подключиться, чтобы оказать символическую поддержку (символические жесты — это все, на что они способны) — но самую тяжелую работу непременно придется выполнять Соединенным Штатам.

Во что обойдется четвертая мировая война?

Во время третьей мировой войны (известной как холодная война) у Пентагона были вооруженные силы, по численности и вооружениям достаточные для одновременного ведения двух с половиной войн. То есть, Пентагон располагал потенциалом, необходимым для защиты Европы и Тихоокеанского региона от коммунистической агрессии, и при этом имел некоторый резерв на случай непредвиденных событий. В ходе пятой мировой войны вряд ли можно говорить событиях такого масштаба, как нападение стран Варшавского договора на Западную Европу или захват Южной Кореи ее северным соседом. И все же, в рамках вероятных сценариев может возникнуть ситуация, в которой армия США должна быть в состоянии бороться с военизированными группировками В и Г даже если при этом она будет обеспечивать защиту от повстанческих организаций А и Б — причем, в совершенно разных уголках планеты.

Даже если Вашингтон и попытается по возможности избежать подключения к боевым действиям значительного количества сухопутных войск и ограничиться боевой авиацией (в том числе беспилотиками) и элитными подразделениями спецназа для реального уничтожения живой силы противника, для восстановления контроля, наведения порядка и обеспечения мира на территории в послевоенный период, вероятно, потребуется многочисленный личный состав. Несомненно, на первых этапах четвертой мировой войны это станет одним из очевидных уроков: когда заканчивается первый этап войны, тогда начинается настоящая работа.

Максимальное количество военнослужащих, направленных в Ирак для обеспечения порядка после вторжения в 2003 году составило приблизительно 180 тысяч человек. В Афганистане в годы президентства Обамы контингент американских ВС насчитывал 110 тысяч человек. В историческом контексте эти цифры не особенно велики. Например, в самый разгар войны во Вьетнаме численность американских войск в Юго-восточной Азии составляла более 500 тысяч человек.

Теперь, оглядываясь назад, можно сказать, что американский генерал, заявивший еще до ввода войск в Ирак в 2003 году, что в послевоенный период для наведения порядка в стране потребуется разместить «несколько сотен тысяч военнослужащих», был совершенно прав. Примерно такое же количество необходимо и для Афганистана. Другими словами, для обеспечения присутствия войск с целью поддержания порядка в этих двух странах там могли бы находиться на постоянной основе в общей сложности от 600 до 800 тысяч человек. Учитывая принятый в Пентагоне принцип ротации личного состава в соотношении три к одному, (когда одно подразделение находится в зарубежной стране, второе возвращается домой, а третье готовится к отправке), речь идет о контингенте численностью от 1,8 до 2,4 миллиона человек, которые могли бы обеспечить всего лишь две военные кампании средних масштабов. И это еще без учета дополнительного количества войск, необходимого на случай непредвиденных обстоятельств.

Иначе говоря, чтобы участвовать в четвертой мировой войне, потребуется увеличить сегодняшнюю численность армии США, по крайней мере, в пять раз — причем, речь идет не об экстренных мерах, а о плановом увеличении на постоянной основе. Эти цифры, возможно, покажутся слишком большими, но как первым отметил Коэн, по сравнению с предыдущими мировыми войнами они довольно скромные. В 1968 году — в самый разгар третьей мировой войны — на действительной службе состояло более 1,5 миллиона военнослужащих. Причем это было в те времена, когда численность населения США было почти в полтора раза меньше, чем сейчас, и когда в результате дискриминации по половому признаку женщин на военную службу не принимали. При желании США могли бы достаточно легко набрать армию численностью в два миллиона и больше.

Другой вопрос, сможет ли Америка при этом сохранить существующий принцип набора на контрактной основе. Несомненно, призывники столкнутся с серьезными проблемами даже при том, что Конгресс повысил материальное стимулирование для поступающих на службу в армию, в рамках которого после терактов 11 сентября оклады военнослужащих неоднократно повышали на значительные суммы. В решении этой проблемы могло бы помочь ослабление миграционного режима, в результате чего несколько сотен тысяч иностранцев могли бы получить американское гражданство на условиях последующего прохождения военной службы. Правда, по всей вероятности, для участия в четвертой мировой войне американским властям придется возобновить практику набора на военную службу по призыву. Такие меры, видимо, будут восприняты с таким же энтузиазмом, как и толпы темнокожих добровольцев. Короче говоря, активная работа по формированию армии, необходимой для победы в четвертой мировой войне, поставит американцев перед неприятным выбором.

Бюджетные последствия увеличения личного состава американской армии при одновременном выполнении постоянных мероприятий, которые Пентагон называет «операциями, проводимыми в особой обстановке за рубежом», так же примут огромные масштабы. Но сколько именно денег потребуется для участия в преимущественно глобальном конфликте, который по предварительным оценкам может продлиться почти до конца столетия, предсказать сложно. В качестве отправной цифры, учитывая увеличенную численность регулярных войск, вполне правдоподобным было бы предположить увеличение существующего оборонного бюджета, составляющего более 600 миллиардов долларов, в три раза.

На первый взгляд, сумма в 1,8 триллиона долларов в год может показаться умопомрачительной. Чтобы сделать ее более приемлемой, инициатор четвертой мировой войны мог бы рассмотреть ее в исторической перспективе. Например, на начальном этапе третьей мировой войны США обычно выделяли на национальную безопасность 10% от ВВП и более. Учитывая, что этот ВВП сегодня превышает 17 триллионов долларов, при выделении 10% на нужды Пентагона те, кто будет отвечать за ведение четвертой мировой войны, получат кругленькую сумму, которая позволит и воевать, и наращивать военный потенциал.

Безусловно, эти деньги надо откуда-то брать. За последние несколько лет из-за расходов на войны в Ираке и Афганистане дефицит федерального бюджета вырос до уровня более триллиона долларов. В результате помимо прочего совокупный государственный долг сегодня превышает годовой ВВП и после 11 сентября увеличился в три раза. И вопрос о том, до какого уровня может в США накапливаться государственный долг, чтобы при этом не происходила постоянного ослабления экономики, представляет не только научный интерес.

Для того чтобы четвертая мировая война не привела к бесконечному росту бюджетного дефицита до неприемлемых масштабов, для увеличения оборонных расходов, несомненно, потребуется либо существенно повысить налоги, либо значительно сократить расходы на необоронные нужды. В том числе и на такие дорогостоящие программы как Medicare и соцобеспечение — именно те, которыми больше всего дорожат представители среднего класса.

Другим словами, финансируя четвертую мировую войну и создавая при этом видимость финансовой ответственности, власти окажутся перед выбором и будут вынуждены идти на компромиссы, чего политические лидеры делать очень не любят. Похоже, что сегодня ни одна из партий к таким вызовам не готова. Маловероятно, что необходимость вести затяжную войну заставит их отложить в сторону свои партийные разногласия. Во всяком случае, пока этого точно не происходит.

Безумие четвертой мировой войны

В своем эссе Коэн пишет: «надо прекратить разглагольствовать». О тех, кто будет нести бремя этой четвертой мировой войны, он сказал, что «пора говорить им правду». И он прав, даже при том, что сам он, как правило, умалчивает о том, каких жертв потребует эта четвертая мировая война от простых граждан.

Поскольку приближается год выборов президента США, самым главным должно стать открытое и честное обсуждение перспектив нашего военного участия в решении проблем исламского мира. И когда кто-то делает вид, что окончательного результата можно добиться, сбросив еще пару бомб или захватив еще пару стран, это уже не просто отговорка — это уже явная ложь.

Как известно Коэну, чтобы победить в четвертой мировой войне, понадобится сбросить еще очень много бомб и захватить — а затем оккупировать — еще очень много стран. Как-никак, Вашингтону придется иметь дело не только с ИГИЛ, но и с его отделениями и филиалами, теми, кто еще только сбирается преуспеть на этом поприще, и преемниками, которые наверняка ждут удобного случая. И еще не забывайте об «Аль-Каиде».

Коэн считает, что у нас нет выбора. Либо мы начнем серьезно относиться к тому, как надо вести четвертую мировую войну, либо планету окутает мрак. Его не останавливает тот факт, что, чем дальше мы направляем своих солдат в страны Большого Ближнего Востока, тем более сплоченное сопротивление им там оказывают, чем больше боевиков мы убиваем, тем больше появляется новых. Коэна не пугает то, что неизбежное — пусть даже и непреднамеренное — убийство мирных жителей лишь укрепляет и придает решимости экстремистам. Он считает, что все, что на наш взгляд, ведет нас к победе, мы должны настойчиво делать и дальше — другого выбора у нас нет.

Внимательно слушая призывы Коэна взяться за оружие, американцы должны подумать о последствиях. Войны меняют людей, меняют страны. Если мы возьмем на вооружение его теорию о четвертой мировой войне, наша страна изменится коренным образом. Она радикально изменит сферу деятельности, масштабы и возможности структур национальной безопасности, что, несомненно, коснется и служб, не принадлежащих военному ведомству. В результате такой войны огромные богатства будет направлены на непроизводственные нужды. Она сделает необратимым процесс милитаризации американского образа жизни, сформировавшегося после предыдущих мировых войн. Сея страх, и вселяя неосуществимые надежды на идеальную безопасность, она ради защиты безопасности заставит пожертвовать свободой. Страна, которая могла бы через несколько десятков лет праздновать день победы над терроризмом, станет уже совсем другой — в материальном, политическом, культурном и нравственном отношении.

На мой взгляд, коэновская теория четвертой мировой войны — это приглашение к коллективному самоубийству. Заявление о том, что у бесконечной и безграничной войны нет альтернативы — это не жесткий и непримиримый реализм, а отказ от государственной мудрости и политической прозорливости. Но во всем этом есть трагическая ирония: Соединенные Штаты уже ввязались в нечто похожее на мировую войну, которая — путь и без названия — теперь охватила до самых дальних рубежей весь исламский мир и год от года распространяется все дальше.

Постепенно, шаг за шагом эта безымянная война уже вышла за пределы сферы деятельности структур национальной безопасности. Из-за нее огромные средства направляются непроизводственные цели, хотя и приводит в норму уровень милитаризации американского образа жизни. Сея страх, и вселяя неосуществимые надежды на идеальную безопасность, она ради защиты безопасности заставит пожертвовать свободой — и происходит это прямо у нас на глазах.

Коэн совершенно обоснованно осуждает неуправляемую и бесшабашную политику, которая определяла путь (или кривую дорожку) этой войны и довела ее до таких масштабов. Мы должны благодарить Коэна за такие критические высказывания. Однако главная проблема — это сама война и убежденность в том, что Америка может оставаться Америкой, только воюя.

Когда такая богатая и сильная страна приходит к выводу, что ей ничего не остается, кроме как ввязаться в этот квази-перманентный вооруженный конфликт на краю земли, это уже верх безумия. Власть и сила дают возможность выбирать. Как граждане, мы должны изо всех сил опровергать утверждения об отсутствии выбора. Кто бы об этом ни говорил — то ли категоричный Коэн, то ли какой-то безответственный безумец, не разбирающийся в военных делах — такие заявления могут лишь увековечить безумие, которое и так уже слишком долго царит вокруг.
Пупок у Пиндостана развяжется, если он вздумает вести такие войны. Будем надеяться, что там к власти придут изоляционисты, у них и внутренних проблем выше крыши.
Tags: Пиндостан - империя зла, Пиндостанские обломы, крушение мира
Subscribe
promo arcver february 1, 2015 11:20 67
Buy for 10 tokens
К величайшему горю для меня, Толик умер 18.08.2020 года... Инсульт. Кровоизлияние в ствол головного мозга. То есть у него просто не было шансов... Оставляю его текст ниже без изменений. Пусть останется памятью о нём. А я по мере сил буду продолжать хотя бы эту часть его дела -…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments